Энциклопедия мировой истории

КОГЕН (Cohen) Герман (1842—1918) — немецкий философ, основатель и виднейший представитель марбургской школы неокантианства. Основные работы: “Теория опыта Канта” (1885), “Обоснование Кантом этики” (1877), “Обоснование Кантом эстетики” (1889), “Логика чистого познания” (1902), “Этика чистой воли” (1904), “Эстетика чистого чувства” (1912) и др. К. начал свою преподавательскую деятельность в университете г. Халле (1865—1875), а с 1875 возглавил после смерти Ф. Ланге кафедру философии в Марбургском универси­тете, где вокруг него сложилась группа последователей и единомышленников, составившая ядро марбургской школы неокантианства. Первые работы К. носили, гл. обр., вторичный, интерпретаторский характер, пред­ставляя собой попытки нового понимания трех кантовских критик. Разработку оригинальных взглядов и со­здание самостоятельной философской системы К. мож­но датировать 1902, когда вышел в свет его главный труд — “Логика чистого познания”. В работах К. и его учеников разрабатывается учение, сознательно опираю­щееся на ряд идей и принципов кантианской гносеоло­гии, которая, став однако лишь отправным пунктом для разработки новой системы взглядов, была подвергнута радикальному пересмотру. Прежде всего это касалось гносеологического дуализма “вещи в себе” и явления, кантовской трактовки понятия “данности” и его пред­ставления об ощущении, как основе познания. Перест­роив кантовское учение, К. создал чисто гносеологичес­кую философию, которая не ищет для себя каких-либо предпосылок, существующих вне и независимо от по­знания. Таким образом, философия трансформирова­лась в логику чистого познания, ориентированную на поиски внутреннего систематического единства знания, понимаемого как самостоятельная и бесконечно само­развивающаяся система, в границах которой и разверты­ваются все отношения между частными содержаниями научных положений (включая и отношения между по­знанием и действительностью, субъектом и объектом). Превратив чистую мысль с ее априорными принципами в единственный источник познания (знания) и его пер­воначало (и по форме и по содержанию), К. пришел к выводу, что чистое мышление само строит свой пред­мет, который никогда ему не “дан” извне, а “задан” в ви­де неизвестного, “Икс”, проблемы и т.п. Познаватель­ный процесс приобретает, таким образом, характер се­рии актов категорического синтеза, протекающего по априорным законам самого мышления. В результате не-
определенный предмет постепенно определяется, оста­ваясь однако всегда незавершенным и открытым для но­вых серий определений в последующих синтезах. Про­цесс построения предмета чистой мыслью, по К., это од­новременно и построение самого мира (природы), как он построен наукой, ибо другой действительности, кро­ме той, что существует в “напечатанных книгах”, т.е. вне мысли, мы просто не знаем. Процесс познания (предмета) приобретает абсолютно проблематичный и, по сути, бесконечный характер — определений неопре­деленного, но определимого предмета. Из импульса, своего рода “икса”, задания, способствующего развер­тыванию мышления, он постепенно переходит в статус кантовской “вещи в себе” — вечно недостижимой цели и регулятивной идеи познания. Превратив научное зна­ние по сути в беспредпосылочную систему априорно-логических элементов и их связей, К. в то же время осо­знавал необходимость соотнесения этой системы с не­ким “безусловным”, которое бы единственно было спо­собно придать знанию характер всеобщности и необхо­димости. В роли такого “безусловного” не мог выступать факт науки, на который с самого начала была ориентиро­вана логика чистого познания; сам К. неоднократно гово­рил о случайности и условности как факта, так и науки в целом. В поздних работах в роли такого “безусловного” все чаще начинает выступать понятие цели, морального блага и т.п. — нечто абсолютно “запредельное опыту”; то, что затем трансформируется у К. в метафизический принцип абсолюта (идею Блага почти на манер Плато­на). Место трансцендентальных основ познания займет теперь трансцендентная идея, место логики чистого по­знания — ранее отрицаемая метафизика. (См. также Марбургская школа неокантианства.)
Т.Г. Румянцева