Энциклопедия мировой истории

“ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ ФИЛОСОФИИ. ВВЕДЕНИЕ” — текст Ясперса (1951—1952). Разгра­ничивая события природы и исторические события, Ясперс отмечает, что “в бытии природы все индивиду­ализировано. В истории индивидуальное становится однократным, единственным, незаменимым. В приро­де возвращается на круги своя то, что уже было… У истории же имеется направление”. История суть “диа­лектическое преодоление духовных кризисов”, она всегда “представляет собой некое решение и результат человеческих решений”. По мысли Ясперса, в истории “человек ищет бытие, обладающее постоянством, и стремится к длительности и вечности”. Последний смысл истории не может заключаться ни в постоянном воспроизведении и увековечивании стабильных состо­яний, ни в окончательном земном рае, ни в максималь­ном счастье для как можно большего числа людей в бесконечной смене поколений, ни в какой бы то ни бы­ло будущей цели: “смысл всегда таков — то временно, что вечно; истина открывается через фактическое дея­ние и в бытии человека”. Философствуя, можно до­стичь истории, но не перескочить через нее, ее можно описать, но не постичь. “Окончательным” же истори­ческим фактором полагали, как правило, причину хо­да человеческих событий (Наполеон объяснял полити­ку судьбой, Маркс — экономикой и т.п.). Согласно Яс-
203
персу, наряду с уверовавшими в бессмысленность ис­тории (Аристотель, Гёте, Шопенгауэр) были и адепты “веры в исторический разум”, в “ровный, безостано­вочный прогресс”. Или, — по мысли Ясперса, — “пленники истории”, блаженно верующие в собствен­ную иллюзию. Как подчеркивает Ясперс, “овладеть” историей осуществимо не через посредство “обозре­ния и разъяснения”, а посредством “обретения внут­реннего покоя, который позволяет вынести, пережить ее, проникнуть в нее, принять в ней участие, причем свой исток и отечество имеет вне ее, за ее пределами”. По мнению Ясперса, “в истории человека история фи­лософии в том, что касается объема ее действительно­сти, являет собой нечто достаточно случайное”. Хотя “быть человеком означает быть мысля. Мысля, пони­мает человек свой мир и себя самого: он пробуждает­ся… Философия — способ, каковым человек сознает бытие мира и себя самого и каковым он в целом живет, исходя из этого сознания”. Философия, по Ясперсу, “столь же древняя, как и сам человек”. История фило­софии демонстрирует суть истории: бренное явление чего-то вечного. Философия есть очевидное бытие вечного присутствия того, что остается неизменным. Посему у истории философии не может наличество­вать какая-либо цель. Философия есть постоянно ме­няющее свой облик становление мысли, разворачива­ющееся из определенного истока. История философии же в этом контексте есть “история человека, история того, как он сознает мир и себя самого, история, в ка­кой он сознает бытие”. История философии показыва­ет, как человек видит постоянно воспроизводящуюся ситуацию “тяжелой доли человека” и “великих обма­нов счастья” и как человек реагирует на нее. (История же, по Ясперсу, описывает сам этот неизбывный чело­веческий удел.) История философии есть история че­ловеческого счастья — не история прекрасной кажи­мости витального обмана, а история счастья, возмож­ная “во внутреннем преодолении явления”. История философии — история того, “как этим счастьем обла­дали великие, самые свободные и независимые люди: Сократ, Платон, Будда, Лао-цзы, Плотин, Кант”. По убеждению Ясперса, история философии “объективно воспроизводит как произвольные идеи, так и идеи, из­начально получающие субстанциальное прояснение”. История философии есть обнаружение бытия в чело­веке, а благодаря ему и человеческого бытия. Человек есть действительность своего отношения к Богу: фи­лософия — путь мысленного знакомства человека с трансценденцией или сознательное схватывание боже­ственного в мире. История философии есть становле­ние разумности и освобождение человека. История философии есть обнаружение абсолютной связаннос-
ти в прорыве сквозь все конечные связи. Согласно Яс­персу, применительно к природе исторического бытия альтернатива выглядит так: “…могу ли я обрести вну­тренний покой в бытии как в чем-то познанном /у Яс­перса “покой сумасшедшего с навязчивой идеей” — А.Г., T.P./, то есть может ли бытие до конца стать мо­им знанием, или же оно открыто и разомкнуто, а мой внутренний покой достигается поверх всякого знания путем приближения к существу трансценденции”. В таком ракурсе история философии есть “воспомина­ние” о том, “как человек из темных глубин приходит к самому себе, но таким образом, что в каждый момент времени он бодрствует и обнаруживает себя в целом истории”. Поскольку же, по мысли Ясперса, история — это “путь понимания сущего”, постольку “история философии представляет собой объективность… сквозь которую тот, кто ее мыслит, чувствует бытие истины”. Характеризуя историческое понимание, Яс­перс вычленяет в его рамках следующее: 1) “Круг” че­ловеческого бытия оказывается разомкнут на субъекта и объекта; 2) действительно то, что объемлет нас: объ­емлющее проявляет себя в круге; в разрыве и размыка­нии круга действительность и объемлющее одновре­менно теряются. То, что действительно в круге объем­лющего, обнаруживается, становится очевидным, а это обнаружение в свою очередь преобразует действи­тельность. В человеческом бытии действительность существует только вместе с ее истолкованием; 3) исто­рическое усвоение есть то или иное становление дей­ствительности человеческого бытия: “история являет­ся …в бытии понятого”; 4) история существует только вместе со знанием о себе …знание о себе знает себя са­мо как историческое […] История философии с самого начала была одновременно и историей истории фило­софии. В разделе “Самосознание истории философии” Ясперс пишет: 1) Философствование фактически про­исходит только во взаимосвязи со своей историей (”Спиноза знал старые тексты, хотя он и представлял свою собственную мысль как неподвластную времени истину”). 2) Философия “осознает самое себя и свою историю”. 3) По мере изменения философии, изменя­ется и картина истории философии. Философскую традицию, согласно Ясперсу, можно интерпретировать как “прошлое”, как “настоящее” или как нечто “еди­ное” и “универсальное”. При условии бесконечного количества мыслимых интерпретаций практически беспредельного массива оригинальных философских текстов историю философии можно было бы, в част­ности, трактовать как прогресс в постижении вечной и неизменной истины. Но это, согласно Ясперсу, “в кор­не неверно”. Хотя и есть сферы философствования, где это осуществимо: “в объеме и ясности категори-
204
ального”, в науках-”предпосылках философствова­ния”. Поиск же философской истины выступает у Ясперса в облике выбора наиболее существенного: а) смысла действительности объемлющего (”что испы­тывал и высказывал в качестве действительности мыс­литель прошлого и какой действительностью является его эта деятельность для нас”); б) “экзистенция, кото­рая возможна”, прислушивается к экзистенции, “имев­шей место в прошлом” (см. Экзистенция); в) прошлое выступает основанием усвоения прошлого; г) “точка отношения” не есть “точка зрения”, но есть “откры­тость действительного бытия (истина как вечно объ­емлющее)”. По убеждению Ясперса, история филосо­фии должна быть универсальной, наглядной, простой и история философии должна быть философией. (Как пишет Ясперс: по Эмпедоклу, “равное познается только посредством равного”.) Именно потому, со­гласно Ясперсу, “с движением философствования из­меняется понимание истории философии”. Изучение истории философии уже есть философская учеба. К философии, как ни к какой из сфер интеллектуаль­ной деятельности, приложима та мысль, что всегда со­храняется “различие между действительной историей и осознанной историей” (наше знакомство с изустны­ми учениями Сократа, Будды, Пифагора и т.д.; масса исчезнувших оригинальных материалов). Адекватное понимание сохранившихся и даже современных текс­тов — не простая задача. При этом мы оторваны, со­гласно Ясперсу, и от “мастерских” несовременной фи­лософской мысли, и от возможностей реконструкции многомерного облика философствующих личностей прошлого. Историк философии обязан, по мысли Яс­перса, осмысливать: 1) “общественные состояния в обособленных мирах”; 2) “способы мышления и миро­воззрения”; 3) “науки”; 4) “действенную религию”; 5) “поэзию и искусство”; 6) “переплетенность всего в едином”. Темами историко-философского исследова­ния Ясперс полагал: а) историю форм мысли (историю сознания как такового и знания — “историю понятий”, “историю постановок вопросов”, историю философ­ских систем); б) историю содержаний (бытия и идей, мира и трансценденции — “историю образов мира”, “историю саморефлексии”, “историю символики”); в) историю философских личностей. Особое внима­ние Ясперс обращает на сложности интерпретаций и понимания философских идей и текстов. В заключи­тельных разделах книги автор осмысливает различные способы организации историко-философского матери­ала: энциклопедии, словари-справочники, возможные подходы в библиографических описаниях. Поставлен­ная Ясперсом задача создания “философии истории философии” была осуществима, по его мнению, в кон-
тексте постижения всемирной истории и разработки философского экзистенциализма.
A.A. Грицанов, Т.Г. Румянцева